mem it

© REUTERS Shannon Stapleton

Иранский президент встречается с прессой.
Сьюзан Глассер (Susan B. Glasser)


Нью-Йорк – Когда Махмуд Ахмадинежад встретился в понедельник с руководителями американских средств массовой информации, ему почти сразу задали вопрос о президентской кампании в США, в которой столь заметно фигурирует проблема угрозы со стороны создающего ядерное оружие Ирана.

Корреспондент CNN Эрин Бернетт (Erin Burnett) задала следующий вопрос: поскольку кандидат от Республиканской партии Митт Ромни громко заявляет о том, что поддержит военные действия Израиля против иранских ядерных объектов, означает ли это, что Ахмадинежад выступает за переизбрание Барака Обамы? Нет, ответил он через переводчика, «мы считаем, что выборы это внутреннее дело США, и вмешиваться в них не собираемся». А затем он улыбнулся и добавил: «Я верю, что народ США не стремится к войне».


Позднее Ахмадинежад вернулся к вопросу о взаимоотношениях США с Израилем. Когда его спросили о последнем публичном расхождении израильского премьер-министра Биньямина Нетаньяху с администрацией Обамы из-за ее отказа установить четкие «красные линии» для Ирана в ядерном вопросе, Ахмадинежад ответил колкой нотацией о том, что Соединенные Штаты не должны позволять Израилю навязывать им свою политику. «Кто определяет, как должно поступать и действовать американское правительство? Сионисты…? Американское правительство должно принимать столь важные решения под влиянием сионистов?» Настойчивость Нетаньяху, сказал Ахмадинежад, «следует расценивать как величайшее оскорбление, и народ США должен воспринимать это именно так. Кто они такие, эти сионисты, чтобы диктовать Соединенным Штатам свои условия?»

И это длилось более часа с четвертью. Здесь, в зале заседаний нью-йоркского отеля, необычно украшенном зелеными кружевами гортензий, воинственный иранский президент разглагольствовал на самые разные темы, от неминуемого, по его мнению, распада Европейского Союза до исторического величия персидского народа с его 10000-летней историей и местонахождения писателя Салмана Рушди. Приехав сюда на Генеральную Ассамблею ООН с очевидным стремлением поиздеваться над просьбой генерального секретаря ООН Пан Ги Муна воздержаться от подстрекательских высказываний, Ахмадинежад спокойно спорил с людьми типа Фарида Закарии (Fareed Zakaria) и Кристианы Аманпур (Christiane Amanpour) о том, насколько серьезно Иран относится к переговорам по ядерной проблематике, и в то же время бросался оскорбительными остротами на самые разные темы, от отсутствия у Израиля исторической легитимности до провалов США в целом ряде областей.

Элегантный, порой улыбающийся, одетый в один из своих любимых серых костюмов и рубашку с открытым воротом, Ахмадинежад прочитал редактору New Yorker Дэвиду Ремнику (David Remnick) лекцию о Соединенных Штатах, назвав Америку страной, где «двойные стандарты» позволяют с легкостью оправдать оскорбления в адрес «священной фигуры». Это была совершенно очевидная ссылка на видеофильм о пророке Мухаммеде, которая вызвала бунты и возмущения во всем мусульманском мире. Он также заявил: «Вы не можете даже подвергнуть сомнению исторические события». Похоже, это был завуалированный намек на часто звучащее и некорректное заявление Ахмадинежада о том, что отрицание Холокоста является в этой стране преступлением. Когда Ремник спросил его, сохраняет ли свою силу религиозная фетва, призывающая к убийству Рушди, Ахмадинежад требовательно спросил: «Где он сейчас?» Ремник ответил, что в Нью-Йорке, и иранский лидер заявил: «Так он в США? Не надо было говорить об этом в эфире – ради его безопасности».

На протяжении всего выступления Ахмадинежаду, похоже, было все равно, что аудитория не воспринимает его плоские шутки. В зале собралась толпа из ведущих изданий американской журналистики, от редакторов New York Times и Washington Post до представителей журнала Time и агентства Reuters. Они сидели с напряженными лицами за квадратным столом на местах, которые им указали иранцы. (Вот одна из его стандартных шуток: «Почему вы до сих пор называете мировые державы, ведущие переговоры с Ираном по ядерному вопросу, P5+1? Ведь каждый иранский школьник знает, что это равно шести». В ответ – ледяное молчание.) Даже когда Ахмадинежад дал маху, отвечая на вопрос главного редактора Bloomberg News Мэтью Винклера (Matthew Winkler), поскольку не знал, сколько баррелей нефти в день добывает сегодня Иран, он казался невозмутимым. Самое поразительное то, что он ни разу не назвал по имени Биньямина Нетаньяху, Барака Обаму и Башара аль-Асада, хотя вопросы о них ему задавали снова и снова.

Порой интервью напоминало очень неуклюжее ток-шоу: непоследовательное и бессвязное, где ведущий не прерывает гостя даже в тех случаях, когда тот отказывается отвечать на вопрос. Когда Закария из CNN затронул ядерную тему и спросил, будет ли Иран считать израильское нападение на свои ядерные объекты (в случае его осуществления) «атакой со стороны США», Ахмадинежад в своем ответе ни разу не упомянул Соединенные Штаты. Разговоры о войне, сказал он (вернувшись к этой теме несколько раз в ходе встречи), это просто результат того факта, что «сионисты оказались в тупике» и пытаются заварить кашу. «Я думаю, что это не имеет особого значения», - подчеркнул Ахмадинежад.

Его заявление о попавших в тупиковую ситуацию сионистах незамедлительно вызвало фурор в СМИ, напомнив о предыдущих визитах Ахмадинежада в Нью-Йорк на заседания ООН, когда он сделал незабываемое заявление, назвав Израиль «опухолью» и предложив стереть его с лица земли. В понедельник Ахмадинежад высказался против Израиля с позиций исторической перспективы. «Иран существует последние семь, десять тысяч лет. Они [израильтяне] оккупируют эти территории последние 60-70 лет, пользуясь поддержкой и силой Запада. У них там нет исторических корней», - заявил иранский президент. Позднее он добавил: «Мы даже не считаем их какой-то частью уравнения для Ирана. В историческом масштабе они [израильтяне] создают минимальные помехи, которые появляются на картинке, а затем исчезают».

Агентство Reuters быстро сообщило об этом высказывании, а политические деятели США столь же быстро его осудили. «Типично отвратительное, оскорбительное и скандальное», - так выступление Ахмадинежада охарактеризовал официальный представитель Совета национальной безопасности Томми Витор (Tommy Vietor).

Это был восьмой подряд визит Ахмадинежада в Нью-Йорк на заседания ООН, и восьмая подряд встреча с руководством американских СМИ, что он не преминул отметить. Согласно иранской конституции, Ахмадинежад не может баллотироваться на третий президентский срок в ходе выборов, которые пройдут в стране в будущем году. Но хотя это была его прощальная речь и последнее появление на сессии Генассамблеи, он явно не намерен покидать центр сцены, который занимает на протяжении восьми последних лет, вызывая головную боль и раздражение у американцев. Ближе к концу встречи я спросила, уйдет ли Ахмадинежад из политики, когда в будущем году завершится его второй президентский срок, и готово ли правительство Ирана гарантировать, что выборы его сменщика пройдут «честно и справедливо» - в отличие от предыдущих, которые около четырех лет назад вызвали «зеленую революцию».

55-летний иранский руководитель сказал, что хотя не имеет права баллотироваться на новый президентский срок, он все же может вернуться в предстоящие годы в Нью-Йорк на Генеральную Ассамблею в составе иранской делегации. Это прозвучало как некое предупреждение, хотя стонов у присутствующих оно не вызвало. Говоря о своем будущем, Ахмадинежад сказал, что является «членом ученого совета университета», не уточнив, какого именно. «Однако это не означает, что я отдалюсь от политики», - отметил он в завершение.

Источник